Социально-демографические данные респондентов

В этой главе рассматриваются социально‑демографические характеристики респондентов. Данные за 2026 год сопоставляются с соответствующими данными исследований 2024 и 2022 годов.

Сведения о поле, возрасте и регионе проживания респондентов были получены из системы учёта населения при формировании выборки. Отбор проводился на основе заранее установленных объёмов выборки по крупным регионам, возрастным группам и полу. Для проведения интервью отбирались лица, у которых в системе учёта населения русский язык зарегистрирован как родной. Основанием для отбора служили сведения о родном языке, указанные самими людьми. Таким образом, генеральная совокупность исследования не охватывает всех русскоговорящих жителей Финляндии, поскольку некоторые из них могли указать в системе учёта населения другой язык в качестве родного. При интерпретации результатов необходимо учитывать это определение генеральной совокупности.

Среди ответивших были четыре человека, зарегистрированных в данных как респонденты в возрасте 20–29 лет, в отношении которых заключительная запись интервьюера указывала на то, что на вопросы отвечал супруг или родитель. При этом имеющиеся данные не позволяли установить, выступал ли близкий человек только в качестве переводчика или отвечал вместо лица, отобранного для участия в исследовании.

В целом социально‑демографические характеристики респондентов по-прежнему очень близки к распределению соответствующих показателей в исследованиях 2022 и 2024 годов. Доля женщин среди ответивших составила 57 процентов по сравнению с 60 процентами в двух предыдущих исследованиях. Из региона Хельсинки-Уусимаа поступил 51 процент ответов, из остальных районов Южной Финляндии — 23 процента, из Северной и Восточной Финляндии — 14 процентов, из Западной Финляндии — 12 процентов.

На рисунке 2 представлено распределение респондентов по возрастным группам в исследованиях разных лет. Значительных изменений в возрастном распределении не произошло.

Уровень образования респондентов заметно изменился по сравнению с предыдущими этапами исследования (рисунок 3). Доля респондентов с высшим образованием уровня магистратуры или выше снизилась до 30 процентов, тогда как в 2024 году она составляла 45 процентов, а в 2022 году — 46 процентов. При этом доля респондентов с высшим образованием уровня бакалавриата выросла до 23 процентов (в 2024 году — 12 процентов). Доля респондентов со средним общим или профессиональным образованием составила 41 процент, оставшись на уровне 2024 года. Доля респондентов, имеющих только основное общее образование, выросла до 6 процентов (в 2024 году — 2 процента).

Около половины респондентов работали (49 %, рисунок 4). Значительно меньшую долю составляли безработные (15 %), пенсионеры (13 %), а также предприниматели и учащиеся (по 9 %). По сравнению с 2024 годом доля безработных выросла на четыре процентных пункта — с 11 до 15 процентов. Доля работающих, напротив, снизилась: в 2024 году она составляла 52 процента, а в 2022 году — 54 процента.

Большинство респондентов (71 %) родились в Советском Союзе, 19 процентов — в России. На другие страны, в том числе Эстонию (4 %) и Финляндию (3 %), приходится лишь небольшая доля ответов. Указавшие Советский Союз в качестве страны рождения могли родиться в любой из бывших советских республик, хотя большинство из них, вероятно, родились на территории РСФСР.

Генеральная совокупность исследования не охватывает всех русскоговорящих жителей Финляндии, поскольку некоторые из них могли указать в регистре населения другой язык в качестве родного. Зарегистрированный родной язык определяет состав генеральной совокупности исследования, но не обязательно отражает нынешний уровень владения языком, его использование или языковую идентичность человека.

В среднем респонденты проживают в Финляндии уже довольно долго. Более половины (51 %) живут в стране не менее 16 лет, еще почти четверть (24 %) — от 9 до 15 лет (рисунок 5). Доля проживающих в Финляндии менее двух лет снизилась до одного процента (в 2024 и 2022 годах — 3 %).

Чаще всего причиной переезда в Финляндию были работа (19 %) или переезд к супругу или супруге — гражданину Финляндии (19 %, рисунок 6). Доля переехавших в Финляндию в порядке репатриации или в связи с финским происхождением продолжила снижаться и составила 16 процентов по сравнению с 19 процентами в 2024 году и 24 процентами в 2022 году. Доля переехавших на учебу, напротив, выросла до 14 процентов (в 2024 и 2022 годах — 9 %). Вместе с родителями в детском или юношеском возрасте переехали 14 процентов респондентов, а вместе с супругом или супругой либо вслед за ним или ней — 11 процентов.

Помимо предложенных вариантов ответа, 25 респондентов указали причину переезда в свободной форме. Из них 11 назвали воссоединение семьи, а в шести ответах причиной были названы обстоятельства, связанные с войной, мобилизацией или политической ситуацией в России. Среди остальных причин переезда встречались единичные упоминания, например учеба ребенка, спортивный клуб или решение остаться в Финляндии после туристической поездки.

45 процентов респондентов имели как финское, так и российское гражданство, 27 процентов — российское гражданство и 11 процентов — финское гражданство. Остальные респонденты имели либо гражданство только какой‑либо другой страны, либо двойное гражданство Финляндии и какой-либо другой страны, что, вероятно, в основном означает граждан Эстонии или Латвии.

45 процентов респондентов имели гражданство как Финляндии, так и России, 27 процентов — только России, а 11 процентов — только Финляндии. Остальные респонденты имели либо гражданство другой страны, либо двойное гражданство Финляндии и другой страны. Вероятно, в большинстве таких случаев речь идет о гражданстве Эстонии или Латвии.

Респондентов попросили оценить свое владение финским языком по шкале от 1 до 5 (1 — совсем не владею, 5 — владею очень хорошо / как родным). Средняя оценка составила 3,5, что примерно соответствует результатам предыдущих этапов исследования. Около половины респондентов оценили свое владение финским языком как довольно хорошее или очень хорошее (оценку 4 поставили 33 %, оценку 5 — 19 %). При этом 17 процентов оценили свое владение языком как слабое (оценки 1 и 2). При оценке владения шведским языком по аналогичной шкале 87 процентов респондентов сообщили, что совсем не говорят по‑шведски.