Результаты: Актуальные темы

Одной из задач исследования по‑прежнему было получение достоверной картины взглядов проживающих в Финляндии русскоязычных на актуальные вопросы, а также изучение того, как эти взгляды изменились за два года, прошедшие с предыдущего опроса. В этом подразделе представлены результаты исследования по вопросам, связанным с актуальными событиями и темами.

Всем респондентам задавали вопрос, считают ли они, что война в Украине привела к дискриминации или враждебным высказываниям в их адрес в Финляндии из‑за того, что они говорят по-русски. Так считают 30 процентов опрошенных (рисунок 28).

Доля респондентов, сообщивших о таком опыте, последовательно увеличивалась на протяжении трех волн исследования: в 2022 году она составляла 17 процентов, в 2024 году — 26 процентов, а в 2026 году достигла 30 процентов. Доля ответивших отрицательно, напротив, снизилась с 82 процентов в 2022 году до 72 процентов в 2024 году и 65 процентов в 2026 году. Еще пять процентов респондентов в 2026 году затруднились с ответом.

Наиболее заметное различие между группами наблюдается по полу: 35 процентов женщин и 24 процента мужчин сообщили, что сталкивались с дискриминацией или враждебной риторикой из‑за использования русского языка. По возрастным группам такой опыт наиболее распространен среди молодых респондентов (20–29 лет — 34 %, 30–39 лет — 33 %) и реже всего встречается в самой старшей возрастной группе (70–85 лет — 22 %).

При сравнении по продолжительности проживания в Финляндии доля столкнувшихся с дискриминацией наиболее высока среди тех, кто живет в стране менее двух лет (38 %), хотя эта группа очень мала (n = 13), а также среди проживших 2–4 года (34 %). Среди тех, кто прожил в Финляндии не менее 16 лет, этот показатель составляет 28 процентов.

Таким образом, наблюдение 2024 года о том, что с дискриминацией чаще сталкивались респонденты, прожившие в Финляндии дольше, не находит подтверждения в данных 2026 года.

Доля респондентов, столкнувшихся с дискриминацией, различается и по регионам: о дискриминации или враждебной риторике сообщили 41 процент проживающих в Северной и Восточной Финляндии (n = 143), 33 процента — в Западной Финляндии (n = 112), 29 процентов — в регионе Хельсинки‑Уусимаа (n = 518) и 25 процентов — в Южной Финляндии (n = 230). По всей выборке этот показатель составляет 30 процентов. Таким образом, результаты 2026 года подтверждают наблюдение 2024 года о более широком распространении такого опыта в Восточной и Северной Финляндии.

Различия наблюдаются и в зависимости от гражданства: о дискриминации сообщили 17 процентов респондентов, имеющих только гражданство Финляндии (n = 105), 33 процента обладателей гражданства и Финляндии, и России (n = 451) и 31 процент респондентов, имеющих только гражданство России (n = 265).

В опрос был включен блок вопросов, в котором респондентов просили оценить свою обеспокоенность актуальными вопросами, связанными с действиями России. Для оценки использовалась шкала от 1 до 5, где 1 означало полное отсутствие обеспокоенности, а 5 — крайне сильную обеспокоенность. Темы для оценки были взяты из опроса «Гражданский пульс».

Ниже сначала представлены оценки уровня обеспокоенности русскоязычных респондентов в виде средних значений (рисунок 29) и распределения ответов (рисунок 30). Затем рассматриваются различия в уровне обеспокоенности между отдельными группами респондентов. После этого результаты сравниваются с данными «Гражданского пульса» об уровне обеспокоенности населения Финляндии в целом по тем же вопросам. При таком сравнении, как и ранее, необходимо учитывать различия в методах сбора данных двух исследований.

В общей сложности 50 процентов респондентов были довольно или очень сильно обеспокоены возможным расширением войны за пределы Украины (рисунок 30). Средняя оценка обеспокоенности составила 3,4. Этот вопрос задавался русскоязычным респондентам еще в 2022 году. Тогда довольно или очень сильно обеспокоены были 51 процент опрошенных, а в 2024 году их доля выросла до 58 процентов. Таким образом, в 2026 году показатель вновь приблизился к уровню 2022 года. Остальные рассматриваемые в этом году поводы для беспокойства в опрос 2022 года не включались.

Возможными военными действиями России против Финляндии были довольно или очень сильно обеспокоены 30 процентов респондентов (средняя оценка — 2,6), а попытками России повлиять на функционирование финского общества — 27 процентов (средняя оценка — 2,5). По сравнению с 2024 годом средние оценки обеспокоенности снизились по всем трем вопросам.

Таким образом, расширение войны за пределы Украины по‑прежнему вызывает обеспокоенность у русскоязычных респондентов, хотя и меньшую, чем два года назад. Обеспокоенность возможными действиями России в отношении Финляндии также снизилась, достигнув еще более низкого уровня, чем прежде.

Женщины были больше обеспокоены возможным расширением войны, чем мужчины (средняя оценка — 3,5 против 3,2). При этом обеспокоенность возможными военными действиями России против Финляндии была одинаковой у женщин и мужчин (2,6), а попытками России повлиять на финское общество мужчины были даже немного больше обеспокоены, чем женщины (2,5 против 2,4).

По возрастным группам наблюдаются противоположные тенденции. Обеспокоенность расширением войны была выше среди респондентов старшего возраста: средняя оценка в группе 20–39 лет составила 3,2, а среди респондентов старше 40 лет — от 3,5 до 3,6. Напротив, возможные военные действия России против Финляндии и попытки повлиять на финское общество вызывали большую обеспокоенность у молодых респондентов. В самой младшей возрастной группе средние оценки составили соответственно 2,7 и 2,8, а в старших группах — 2,3 и 2,4.

Различия в зависимости от продолжительности проживания в Финляндии в основном невелики. В отличие от 2024 года, респонденты, прожившие в стране меньше всего времени, не были более обеспокоены, чем остальные. Среди проживших в Финляндии менее двух лет средняя оценка обеспокоенности расширением войны оказалась самой низкой (2,8; n = 13), тогда как среди проживших 2–4 года — самой высокой (3,6). Этот результат отличается от наблюдения 2024 года, когда отмечалась более высокая обеспокоенность среди недавно переехавших в Финляндию. В исследовании 2026 года такая тенденция уже не прослеживается.

Доверие к финским СМИ было связано прежде всего с оценками возможных угроз для Финляндии. Респонденты с высоким уровнем доверия к финским СМИ были больше обеспокоены возможными военными действиями России против Финляндии, чем респонденты с низким уровнем доверия (средние оценки — 2,9 и 2,2 соответственно). Аналогичное различие наблюдалось и в отношении попыток России повлиять на финское общество (2,9 против 1,8). В то же время средние оценки обеспокоенности расширением войны были практически одинаковыми во всех группах независимо от уровня доверия к финским СМИ.

На следующей диаграмме (рисунок 32) сопоставляются оценки уровня обеспокоенности русскоязычных респондентов и населения Финляндии в целом (по данным «Гражданского пульса») по представленным утверждениям.

По сравнению с результатами «Гражданского пульса», отражающими взгляды населения Финляндии в целом (15‑я неделя 2026 года), русскоязычные респонденты были значительно сильнее обеспокоены возможным расширением войны за пределы Украины: довольно сильную или крайне сильную обеспокоенность выразили 50 процентов русскоязычных против 26 процентов населения в целом. В то же время респонденты «Гражданского пульса» были больше обеспокоены попытками России повлиять на финское общество (39 % против 27 %).

Распределения ответов русскоязычных респондентов и населения в целом различаются и по другому показателю: 36 процентов русскоязычных совсем не испытывали обеспокоенности по поводу возможных военных действий России против Финляндии, тогда как среди населения в целом эта доля составляла 11 процентов. При этом концентрация ответов русскоязычных респондентов на крайних значениях шкалы не является новым явлением: уже в 2024 году более половины тех, кто дал числовую оценку, выбрали значения 1 или 5. По сравнению с 2024 годом изменение заключается прежде всего в том, что доля совсем не обеспокоенных выросла, а доля испытывающих крайнюю обеспокоенность сократилась.

Вопрос о влиянии членства Финляндии в НАТО на ощущение безопасности, впервые включенный в исследование в 2024 году, был повторён в 2026 году. Он сопоставим с аналогичным вопросом, заданным населению Финляндии в целом в рамках «Гражданского пульса».

Более половины респондентов считают, что членство Финляндии в НАТО не влияет на их ощущение безопасности (54 %, рисунок 33). По оценке 17 процентов опрошенных, членство в НАТО усиливает их ощущение безопасности (7 % — значительно и 10 % — в некоторой степени), тогда как 29 процентов считают, что оно его ослабляет (16 % — значительно и 13 % — в некоторой степени). Таким образом, по сравнению с 2024 годом оценки стали более нейтральными: тогда 42 процента респондентов считали, что членство в НАТО не влияет на их ощущение безопасности, 21 процент — что усиливает его, а 37 процентов — что ослабляет.

Особенно среди респондентов старшего возраста и тех, кто давно живет в Финляндии, чаще встречается мнение, что членство Финляндии в НАТО ослабляет ощущение безопасности. Доля считающих, что членство значительно ослабляет их ощущение безопасности, увеличивается с семи процентов в возрастной группе 20–29 лет до 25 процентов в группе 60–69 лет. В зависимости от продолжительности проживания в Финляндии этот показатель составляет от нуля процентов среди проживших в стране менее двух лет до 20 процентов среди проживших не менее 16 лет. Однако группа проживших в Финляндии менее двух лет очень мала (n = 12), поэтому е результаты следует считать лишь ориентировочными. При этом с возрастом доля респондентов, считающих, что членство в НАТО не влияет на их ощущение безопасности, снижается с 63 до 40 процентов.

Доверие к финским СМИ также отчетливо связано с оценками влияния членства в НАТО на ощущение безопасности. Среди респондентов с высоким уровнем доверия к финским СМИ (n = 358) 14 процентов считают, что членство ослабляет их ощущение безопасности, тогда как среди респондентов с низким уровнем доверия (n = 230) такого мнения придерживаются 54 процента. В то же время среди респондентов с высоким уровнем доверия 31 процент считает, что членство в НАТО усиливает их ощущение безопасности, а среди респондентов с низким уровнем доверия — лишь шесть процентов.

По данным «Гражданского пульса», население Финляндии в целом значительно позитивнее оценивает влияние членства в НАТО на ощущение безопасности, чем русскоязычные респонденты. В общей сложности 71 процент опрошенных считают, что членство усиливает их ощущение безопасности (53 % — в некоторой степени и 18 % — значительно), 21 процент не отмечает какого‑либо влияния, и лишь девять процентов считают, что оно ослабляет их ощущение безопасности. Среди русскоязычных соответствующие доли составляют 17, 54 и 29 процентов.

Таким образом, наиболее заметные различия связаны с долями респондентов, которые не отмечают влияния членства в НАТО на свое ощущение безопасности, и тех, кто считает это влияние положительным. Русскоязычные респонденты значительно чаще оценивают его как нейтральное, тогда как население Финляндии в целом — как положительное. Даже среди русскоязычных респондентов с высоким уровнем доверия к финским СМИ, которые чаще других русскоязычных положительно оценивают влияние членства в НАТО на свое ощущение безопасности, доля таких оценок остается ниже, чем среди населения Финляндии в целом.

Результаты 2026 года согласуются с наблюдениями, сделанными в отношении НАТО еще в исследовании 2022 года, хотя показатели, использованные в разных волнах исследования, не являются напрямую сопоставимыми. В 2022 году в открытых ответах респондентов, обеспокоенных собственной безопасностью или безопасностью своих близких, упоминались, в частности, опасения по поводу вступления Финляндии в НАТО и ухудшения отношений между Финляндией и Россией. В 2026 году уровень доверия к НАТО оказался самым низким среди всех оцениваемых институций, а влияние членства в НАТО на собственное ощущение безопасности респонденты чаще оценивали отрицательно, чем положительно (см. раздел 4.2). Хотя эти показатели отражают разные аспекты отношения к НАТО, результаты позволяют предположить, что настороженное отношение к нему среди русскоязычных респондентов сохраняется.

В ходе исследования 2026 года респондентам предложили оценить два утверждения, касающихся действий Финляндии в отношении Украины и России: о приеме беженцев из Украины и об экономических санкциях ЕС против России. Оба утверждения использовались и в предыдущих волнах исследования — в 2022 и 2024 годах. Утверждение об экономических санкциях также включено в опрос «Гражданский пульс». Респонденты оценивали степень своего согласия с утверждениями по шкале от 1 до 5, где 1 означало «совершенно не согласен», а 5 — «полностью согласен».

В целом русскоязычные респонденты выражали относительно невысокую степень согласия с обоими утверждениями (рисунки 35 и 36). Средняя оценка утверждения о необходимости приема беженцев из Украины составила 2,9. С ним согласились 32 процента респондентов, не согласились 37 процентов, а 31 процент выбрал среднее значение шкалы.

Согласие с утверждением об экономических санкциях ЕС против России было еще ниже: средняя оценка составила 2,4. С утверждением согласился 21 процент респондентов, тогда как 55 процентов выразили несогласие. Средние оценки обоих утверждений оставались практически неизменными на протяжении трех волн исследования.

Респонденты старшего возраста в среднем в меньшей степени согласны с обоими утверждениями. Средняя оценка утверждения о приеме беженцев из Украины снижается с 3,3 в возрастной группе 20–29 лет до 2,4 в группе 60–69 лет, а утверждения об экономических санкциях — с 2,7 до 2,2 в группе 50–59 лет. При этом ни в одной возрастной группе не наблюдается особенно высокого уровня согласия с представленными утверждениями.

Среди групп по гражданству наиболее отрицательное отношение к приему значительного числа беженцев из Украины и к экономическим санкциям выражают респонденты, не имеющие гражданства Финляндии, России или Украины.

Уровень доверия к финским СМИ также связан со степенью согласия с представленными утверждениями (рисунок 37). Русскоязычные респонденты с высоким уровнем доверия к финским СМИ значительно чаще соглашаются с обоими утверждениями, чем респонденты с низким уровнем доверия. Особенно заметно это различие в отношении экономических санкций.

Средняя оценка утверждения о санкциях возрастает с 1,4 среди респондентов с низким уровнем доверия к финским СМИ до 2,3 среди респондентов со средним уровнем доверия и 3,1 — среди респондентов с высоким уровнем доверия. В группе с низким уровнем доверия 87 процентов не согласны с утверждением о санкциях и лишь пять процентов согласны с ним. Среди респондентов с высоким уровнем доверия доля несогласных составляет 32 процента, а согласных — 42 процента. По всей выборке с утверждением о санкциях не согласны 55 процентов респондентов, а согласен 21 процент (n = 903).

Как и в предыдущих волнах исследования, между населением Финляндии в целом (по данным «Гражданского пульса») и русскоязычными респондентами сохраняются существенные различия в отношении к экономическим санкциям (рисунок 38). В выпуске «Гражданского пульса» за 15‑ю неделю 2026 года не было сопоставимого вопроса о приеме беженцев из Украины, поэтому сравнение с населением Финляндии в целом здесь возможно только по утверждению об экономических санкциях. Большинство населения Финляндии поддерживает экономические санкции, и лишь пять процентов полностью не согласны с соответствующим утверждением, тогда как среди русскоязычных респондентов доля полностью не согласных составляет 42 процента.

Как и в предыдущих волнах исследования, в 2026 году респондентов напрямую спрашивали, считают ли они военные действия России в Украине оправданными. Вопрос задавался в той же формулировке, что в 2022 и 2024 годах: «Считаете ли вы оправданными военные действия России в Украине?».

Две трети респондентов не считают военные действия России в Украине оправданными (рисунок 39). Доля считающих их оправданными последовательно снижалась на протяжении трех волн исследования: с 18 процентов в 2022 году до 13 процентов в 2024 году и 10 процентов в 2026 году.

При этом доля ответивших «Нет» практически не изменилась и в 2026 году составила 66 процентов (в 2024 году — 66 %, в 2022 году — 64 %). Таким образом, снижение доли считающих военные действия оправданными сопровождалось не ростом доли считающих их неоправданными, а увеличением доли респондентов, не выразивших определенной позиции. В 2026 году 14 процентов выбрали ответ «Не могу сказать», а еще 10 процентов — «Не желаю отвечать».

Особенно заметен рост доли отказавшихся от ответа по сравнению с 2024 годом: тогда она составляла шесть процентов, в 2022 году — девять процентов, а в 2026 году достигла 10 процентов.

При сравнении социально‑демографических групп, как и в предыдущие годы, наблюдается, что доля респондентов, считающих военные действия России в Украине оправданными, увеличивается с возрастом и особенно заметно — с продолжительностью проживания в Финляндии. По возрастным группам эта доля возрастает с пяти процентов среди респондентов 30–39 лет до 17 процентов среди респондентов 50–69 лет. Различия в зависимости от продолжительности проживания в Финляндии еще более выражены: среди проживших в стране менее четырех лет военные действия считают оправданными 0–1 процент респондентов, тогда как среди проживших не менее 16 лет — 16 процентов. При этом доля ответивших «Нет» снижается с 80 до 56 процентов. Различия между мужчинами и женщинами в доле считающих военные действия оправданными практически отсутствуют (11 % и 10 % соответственно). Однако женщины чаще выбирают ответы «Не могу сказать» или «Не желаю отвечать» (в общей сложности 29 % против 18 % среди мужчин).

В региональном разрезе доля респондентов, считающих военные действия оправданными, наиболее высока в Западной Финляндии (18 %) и наиболее низка в Северной и Восточной Финляндии (6 %). В Южной Финляндии этот показатель составляет 12 процентов, а в регионе Хельсинки‑Уусимаа — девять процентов.

Таким образом, наблюдение 2024 года о более высокой доле считающих военные действия оправданными в Восточной и Северной Финляндии не подтверждается данными 2026 года.

По уровню образования доля считающих военные действия оправданными наиболее высока среди респондентов со средним образованием (13 %) и наиболее низка среди имеющих высшее образование уровня магистра (8 %).

Среди респондентов с низким уровнем доверия к финским СМИ военные действия России в Украине считают оправданными 27 процентов, со средним уровнем доверия — семь процентов, а с высоким — лишь три процента. Таким образом, как и в исследовании 2024 года, уровень доверия к финским СМИ остается одним из факторов, по которым различаются взгляды респондентов на войну.

В 2026 году респондентов также спрашивали о закрытии границы между Финляндией и Россией. Для части респондентов эта тема имеет непосредственное значение, а в открытых комментариях особенно часто упоминались трудности, связанные с возможностью встречаться с членами семьи.

Тема границы затрагивалась уже в исследовании 2024 года, когда респондентам предлагалось оценить утверждение о влиянии мер Финляндии на границе с Россией на их ощущение безопасности. Однако в 2026 году это утверждение не использовалось. Вместо этого тема рассматривалась подробнее: респондентам задавали отдельные вопросы о влиянии закрытия границы на их собственную жизнь и о том, как они оценивают решение о ее закрытии. Таким образом, вопросы 2026 года касаются иных аспектов, чем утверждение 2024 года, поэтому построить на их основе временной ряд невозможно.

Половина респондентов отметила, что закрытие границы сильно повлияло на их жизнь (50 %). Еще 18 процентов сообщили, что оно повлияло на их жизнь в некоторой степени, а девять процентов — лишь немного. Чуть более пятой части респондентов (22 %) считают, что закрытие границы никак не повлияло на их жизнь. Таким образом, более двух третей респондентов отметили, что закрытие границы повлияло на их жизнь сильно или в некоторой степени.

Респонденты преимущественно критически оценили решение о закрытии границы. Очень неправильным его считают 37 процентов опрошенных, а скорее неправильным — 27 процентов. Таким образом, в общей сложности 64 процента респондентов считают решение неправильным. Скорее правильным его считают 17 процентов, а очень правильным — девять процентов, то есть в общей сложности 26 процентов оценивают решение положительно. Еще девять процентов выбрали ответ «Затрудняюсь с ответом».

Критическое отношение к закрытию границы согласуется с наблюдением 2024 года, когда русскоязычные респонденты значительно чаще, чем население Финляндии в целом, критически оценивали влияние мер Финляндии на границе с Россией на свое ощущение безопасности.

Критическое отношение к решению о закрытии границы было отчетливо связано с тем, насколько сильно закрытие затронуло жизнь респондентов. Среди тех, на чью жизнь оно сильно повлияло (n = 501), 80 процентов считали решение неправильным. В то же время среди респондентов, на чью жизнь закрытие границы никак не повлияло (n = 219), 48 процентов считали решение правильным. Это наблюдение согласуется с результатами предыдущих исследований, в которых отмечалось, что ограничения на передвижение между Финляндией и Россией затрагивают прежде всего поддержание трансграничных семейных и родственных связей, а также повседневные поездки^[1] .

Помимо ответов на основные вопросы, респонденты могли при желании свободно высказать свои мысли по темам, затронутым в телефонном интервью. В ходе исследования 2026 года открытые комментарии оставили 328 из 1 022 респондентов, то есть почти каждый третий. Комментарии касались преимущественно закрытия восточной границы, санкций против России и войны, а также их влияния на повседневную жизнь респондентов.

Открытые комментарии были проанализированы по темам. Ниже представлены наиболее распространенные темы в порядке убывания числа упоминаний. Важно учитывать, что большинство респондентов не оставили открытых комментариев, поэтому данный анализ отражает взгляды лишь примерно трети участников исследования.

Граница, санкции и их влияние на повседневную жизнь

Наиболее распространенной темой открытых комментариев стали закрытие восточной границы и санкции против России. Они упоминались в 103 комментариях, то есть почти в трети всех открытых ответов. При этом респонденты уделяли основное внимание личным последствиям закрытия границы, а не оценке этого решения с точки зрения политики безопасности.

Чаще всего респонденты выражали обеспокоенность невозможностью встречаться с членами семьи, в том числе с пожилыми родителями. Многие рассказывали, что вынуждены ездить в Россию через третьи страны, из‑за чего поездки занимают несколько суток и требуют дополнительных расходов.

Мы не можем видеться с близкими людьми из-за закрытия границ, получать пенсии, это снижает уровень жизни. Закрытие границ - очень плохое решение.

Еще одной повторяющейся темой стали экономические последствия закрытия границы. В комментариях высказывалось мнение, что закрытие нанесло ущерб прежде всего Финляндии, особенно ее восточным регионам, где сократились туризм и связанные с ним рабочие места

В комментариях закрытие границы и санкции также связывались с конкретными проблемами получения пособий и услуг. В частности, респонденты пенсионного возраста рассказывали о трудностях с получением пенсий, заработанных в России, из‑за невозможности предоставить необходимые справки.

Некоторые респонденты выступали за открытие границы только для проживающих в Финляндии обладателей вида на жительство и граждан, а не для всех желающих. Они обосновывали это тем, что закрытие границы затрагивает обычных жителей, которые не несут ответственности за принятые решения.

Комментарии о закрытии границы и санкциях не разделялись однозначно на пророссийские и критические по отношению к России. В одном и том же комментарии респондент мог выражать надежду на прекращение войны и одновременно считать закрытие границы ошибочным решением, затрагивающим самих жителей Финляндии.

Значимость этой темы важно учитывать при интерпретации результатов. Когда респондентам предоставили возможность свободно высказаться по любому из затронутых вопросов, закрытие границы и санкции упоминались чаще (103 комментария), чем сама война (85 комментариев).

Война в Украине и взгляды на ее причины

Тему войны в Украине затронули 85 комментариев. Высказанные мнения заметно различались: одни респонденты однозначно осуждали действия России, другие открыто их оправдывали, а некоторые возлагали ответственность за происходящее на несколько сторон.

В комментариях, оправдывающих военные действия России, повторялись те же аргументы, что и в предыдущих волнах исследования: расширение НАТО, действия Украины или США, а также представление о том, что Россия действовала на упреждение. В то же время некоторые респонденты рассказывали, что лично помогают Украине и украинцам, или выражали надежду на прекращение войны и нормализацию отношений.

Значительная часть комментариев о войне вообще не содержала оценок ее оправданности, а выражала лишь надежду на ее прекращение. В этих комментариях последствия войны проявлялись прежде всего в неопределенности, связанной с повседневной жизнью респондентов и их планами на будущее.

Восприятие опроса как политического и другие затронутые темы

Третья по распространенности тема касалась самого опроса и процесса проведения интервью: она упоминалась в 100 комментариях. Некоторые респонденты благодарили за проведение исследования и считали важным, что мнением русскоязычных интересуются. Однако значительно чаще встречались комментарии, в которых вопросы опроса воспринимались как политические или провокационные.

Некоторые респонденты сомневались в анонимности телефонного интервью и сообщали, что по этой причине ограничивают свои ответы. В ряде комментариев российское гражданство упоминалось как причина отказа отвечать на вопросы, воспринимаемые как политические. Повторяющейся темой было также нежелание следить за подобными вопросами и обсуждать их: многие рассказывали, что вообще не следят за новостями. Некоторые респонденты считали вопросы, воспринимаемые ими как политические, деликатными и поэтому предпочитали не отвечать на них.

Другие темы встречались значительно реже: СМИ и распространение информации упоминались в 24 комментариях, иммиграционная политика и политика в отношении иностранцев — в 19, интеграция, язык и трудоустройство — в 15, а дискриминация и отношение к русскоязычным — в 12 комментариях.

В комментариях респондентов война часто рассматривалась в связи с закрытием границы, санкциями и их влиянием на повседневную жизнь в Финляндии.

Опыт дискриминации:

• Доля респондентов, сообщивших о дискриминации или враждебных высказываниях в свой адрес из-за использования русского языка, последовательно увеличивалась на протяжении трёх волн исследования: с 17 процентов в 2022 году до 26 процентов в 2024 году и 30 процентов в 2026 году.

Уровень обеспокоенности:

• Доля респондентов, испытывающих довольно сильную или крайнюю обеспокоенность возможным расширением войны за пределы Украины, снизилась по сравнению с 2024 годом (с 58 % до 50 %) и приблизилась к уровню 2022 года. Русскоязычные респонденты обеспокоены расширением войны сильнее, чем население Финляндии в целом.
• Обеспокоенность возможными действиями России в отношении Финляндии также снизилась. Довольно сильную или крайнюю обеспокоенность возможными военными действиями России против Финляндии выразили 30 процентов респондентов, а попытками России повлиять на финское общество — 27 процентов. При этом обеспокоенность возможными военными действиями несколько более распространена среди русскоязычных, чем среди населения Финляндии в целом (25 %).

Влияние членства в НАТО на ощущение безопасности:

• Русскоязычные респонденты значительно чаще, чем население Финляндии в целом, отрицательно оценивают влияние членства в НАТО на свое ощущение безопасности.
• Доля респондентов, считающих, что членство в НАТО никак не влияет на их ощущение безопасности, заметно выросла: с 42 процентов в 2024 году до 54 процентов в 2026 году. Одновременно доля считающих, что членство ослабляет их ощущение безопасности, снизилась с 37 до 29 процентов.

Отношение к мерам, связанным с Россией и Украиной

• Среди русскоязычных респондентов по-прежнему преобладает отрицательное отношение к экономическим санкциям ЕС против России, что заметно отличается от взглядов населения Финляндии в целом.

Военные действия России в Украине

• Доля респондентов, считающих военные действия России в Украине оправданными, последовательно снижалась на протяжении трех волн исследования: с 18 процентов в 2022 году до 13 процентов в 2024 году и 10 процентов в 2026 году. При этом по сравнению с 2024 годом доля выбравших ответ «Не желаю отвечать» выросла с шести до десяти процентов, тогда как доля не считающих военные действия оправданными не увеличилась и осталась на уровне 66 процентов.

Закрытие восточной границы:

• Критическое отношение к решению о закрытии восточной границы было отчетливо связано с его последствиями для собственной жизни: респонденты, на чью жизнь закрытие границы сильно повлияло, особенно часто оценивали это решение отрицательно.

Актуальные темы в открытых комментариях:

• Наиболее часто в открытых комментариях упоминались закрытие восточной границы и санкции против России (103 комментария). Войне в Украине были посвящены 85 комментариев. Кроме того, в 100 комментариях респонденты высказывали свое отношение к самому опросу: некоторые воспринимали вопросы как политические или испытывали опасения при ответах на них.

^[1] Pöllänen, Havukainen & Davydova‑Minguet 2023; Eronen и др. 2024.