Результаты: Участие и интеграция

В этой главе представлены результаты опроса, сгруппированные по тематическим разделам. Общие результаты сопоставляются с данными предыдущих этапов исследования, а по возможности — и с данными исследований населения Финляндии в целом. Кроме того, приводятся значимые сравнения по социально‑демографическим характеристикам респондентов и отдельным вопросам опроса.

Содействие участию в жизни общества как одна из составляющих поддержки интеграции занимает центральное место в работе Фонда Cultura. В данном отчете под участием понимается ощущение того, что человек может влиять на собственную жизнь и решение общих вопросов, а также рассчитывать на равноправное и уважительное отношение к себе как к члену общества. Участие проявляется, в частности, в доверии, ощущении возможности влиять на происходящее и чувстве принадлежности к сообществу. Оно связано с благополучием человека, тогда как социальная исключенность означает ограничение возможностей участия или полное отсутствие таких возможностей.

В данном отчете интеграция рассматривается как многомерное явление. В предыдущих исследованиях интеграция русскоязычных жителей Финляндии изучалась с разных сторон, включая владение языком, включенность в трудовую жизнь, социальные связи, участие в общественной жизни, а также чувство принадлежности к обществу и ощущение равноправия (Renvik, Jasinskaja‑Lahti & Varjonen 2020; Habti 2021). Различные аспекты интеграции не обязательно развиваются одинаковыми темпами. Так, исследование Хабти (Habti 2021) показало, что профессиональная интеграция русскоязычных врачей в трудовую жизнь Финляндии не обязательно сопровождалась выраженным чувством принадлежности к социальному окружению.

На предыдущих этапах исследования «Русскоязычные Финляндии» интеграция и участие также рассматривались с нескольких отдельных сторон, в том числе через чувство принадлежности к обществу, ощущение равноправия, возможность выражать свое мнение и интерес к общественным вопросам.

Новым аспектом исследования 2026 года стало изучение представлений самих респондентов о том, что означает успешная интеграция. В течение 2026 года Фонд Cultura также рассматривал этот вопрос в работе со своими партнёрами и другими заинтересованными организациями. Открытые ответы русскоязычных респондентов дополняют анализ, основанный на показателях предыдущих этапов исследования, и позволяют увидеть, что сами участники опроса связывают с успешной интеграцией.

Утверждения, касающиеся участия в жизни общества и интеграции, частично совпадали с использованными в исследованиях 2022 и 2024 годов. Кроме того, в опрос были включены четыре новых утверждения. Респондентов попросили выразить степень своего согласия с каждым из них по шкале от 1 до 5, где 1 означает «полностью не согласен», а 5 — «полностью согласен» (рисунок 8).

Наиболее высокие средние оценки получили утверждения «Я чувствую себя как дома в районе, где живу» (4,3) и «Я могу открыто выражать свои мнения и мысли вне дома» (4,0). Самые низкие средние оценки получили утверждения «Я чувствую себя частью русскоязычного сообщества Финляндии» (3,1), «Я уверен(а) в своей способности участвовать в политической жизни Финляндии» (3,1), «Я активно слежу за общественными делами Финляндии» (3,2) и «Я считаю, что русскоязычные могут влиять на политические решения в Финляндии» (3,2).

Примечательно, что заметное снижение оценок по ряду утверждений, зафиксированное в 2024 году, не продолжилось: результаты остались примерно на прежнем уровне. Однако ни по одному из сопоставимых утверждений показатели не вернулись к уровню 2022 года. Таким образом, все они по‑прежнему ниже, чем на первом этапе исследования.

На рисунке 7 представлены средние значения ответов всех респондентов, на рисунке 8 — распределение ответов. На рисунке 9 приведено сравнение средних оценок с результатами исследований 2022 и 2024 годов.

При сравнении ответов по социально‑демографическим характеристикам наибольшие различия были выявлены в зависимости от продолжительности проживания в Финляндии, а затем — от возраста респондентов. Различия между мужчинами и женщинами, напротив, невелики.

По многим утверждениям респонденты, прожившие в Финляндии дольше, давали более высокие оценки. Однако такая зависимость наблюдалась не по всем утверждениям. Средняя оценка ощущения равноправия с коренными финнами составляла 3,1 среди проживших в Финляндии менее двух лет и 4,0 среди проживших не менее 16 лет. Оценка чувства принадлежности к финскому обществу в этих группах различалась от 2,6 до 4,0, а ощущения себя как дома в своем районе проживания — от 3,1 до 4,5. Наибольшее различие наблюдалось в оценках уверенности в собственных способностях участвовать в политической жизни Финляндии: среди проживших в стране менее двух лет средняя оценка составляла 1,8, а среди проживших не менее 16 лет — 3,2. При этом группа проживших в Финляндии менее двух лет очень мала (n=13), поэтому ее результаты следует интерпретировать с осторожностью.

Не по всем утверждениям оценки последовательно различались в зависимости от продолжительности проживания в Финляндии. Справедливость финского общества выше всего оценивали респонденты, прожившие в стране от 2 до 8 лет (3,9), а не те, кто прожил здесь дольше всего. Возможности русскоязычных влиять на политические решения наиболее высоко оценивали прожившие в Финляндии от 5 до 8 лет (3,4), тогда как среди проживших в стране дольше всего средняя оценка была ниже (3,1). Возможность открыто выражать свое мнение также получила наиболее высокую оценку среди респондентов, проживших в Финляндии от 5 до 8 лет (4,1).

Различия между возрастными группами наиболее заметны в ответах на новые утверждения, связанные с политическим участием. Уверенность в собственных способностях участвовать в политической жизни с возрастом снижается, хотя и неравномерно: среди респондентов в возрасте 20–39 лет средние оценки составляли 3,2–3,3, а среди респондентов в возрасте 70–85 лет — 2,6. Возможности русскоязычных влиять на политические решения в Финляндии также наиболее высоко оценивали представители младших возрастных групп (3,4), а наиболее низко — респонденты в возрасте 60–69 лет (2,7). В то же время ощущение равноправия было наиболее выражено в старшей возрастной группе (4,1) и наименее выражено среди респондентов в возрасте 40–49 лет (3,6). Наиболее активно за общественными делами Финляндии следили респонденты в возрасте 60–69 лет (3,6), а наименее активно — в возрасте 40–49 лет (2,9).

Хорошее владение финским языком тесно связано с тем, насколько равноправными по отношению к коренным финнам ощущают себя респонденты и насколько они чувствуют себя частью финского общества. Различия значительны: в группе с самым низким уровнем владения финским языком (оценка 1, n=45) средняя оценка чувства принадлежности к финскому обществу составляла 2,6, а в группе с самым высоким уровнем (оценка 5, n=195) — 4,4. Средняя оценка ощущения равноправия в этих группах различалась от 3,1 до 4,3, ощущения себя как дома в своем районе проживания — от 3,7 до 4,7, а уверенности в собственных способностях участвовать в политической жизни — от 2,4 до 3,8. Респонденты, хорошо владеющие финским языком, также активнее следили за общественными делами Финляндии: средняя оценка составляла 2,8 в группе с самым низким уровнем владения языком и 3,5 в группе с самым высоким уровнем.

Граждане Финляндии, включая лиц с двойным гражданством, давали более положительные оценки по большинству представленных утверждений, чем респонденты, не имевшие финского гражданства. Средняя оценка чувства принадлежности к финскому обществу составляла 4,3 среди лиц, имеющих только финское гражданство (n=108), и 3,9 среди лиц с двойным гражданством Финляндии и России (n=461). Среди респондентов, имеющих только российское гражданство (n=271), она составляла 3,3. Аналогичные различия наблюдались в оценках ощущения равноправия: среди лиц, имеющих только финское гражданство, средняя оценка составляла 4,2, среди лиц с двойным гражданством — 4,0, а среди имеющих только российское гражданство — 3,3. Респонденты с гражданством другой страны (предположительно, преимущественно Эстонии или Латвии, n=102) дали самую низкую среди всех групп по гражданству оценку активности в отслеживании общественных дел Финляндии (2,8).

Оценки несколько различались и в зависимости от причины переезда в Финляндию. Респонденты, переехавшие в страну вместе с родителями в детском или юношеском возрасте (n=135), давали более положительные оценки практически по всем утверждениям по сравнению с другими группами. Средняя оценка чувства принадлежности к финскому обществу среди них составляла 4,1, а ощущения равноправия — 4,2. Среди репатриантов и переехавших в связи с финским происхождением соответствующие оценки составляли 3,9 и 3,9. Среди переехавших по работе (n=187) и на учебу (n=143) средние оценки составляли соответственно 3,4 и 3,5. Самые низкие оценки дали респонденты, прибывшие в Финляндию на основании временной защиты (2,8 и 2,6), однако эта группа очень мала (n=14).

Различия между мужчинами и женщинами невелики и не превышают двух десятых балла.

Далее представлены подробные результаты по каждому утверждению.

В исследовании 2026 года респондентам задали открытый вопрос о том, что они считают успешной интеграцией. На него ответил 961 человек, то есть почти каждый участник исследования. Это самый большой массив ответов на открытый вопрос в данном исследовании. В предыдущих исследованиях такой вопрос не задавался. В анализ были включены 892 ответа. Остальные ответы были исключены, поскольку не содержали информации, которую можно было бы классифицировать в рамках данного вопроса.

Один ответ мог затрагивать несколько разных тем, поэтому его можно было отнести сразу к нескольким категориям. Чаще всего респонденты упоминали работу и экономическую самостоятельность (519 ответов, 58 процентов), язык и умение пользоваться им на практике (507 ответов, 57 процентов), социальные связи и общение (347 ответов, 39 процентов), культуру, нормы и адаптацию (217 ответов, 24 процента), чувство принадлежности, благополучие и обустройство жизни (157 ответов, 18 процентов), а также образование и развитие навыков (146 ответов, 16 процентов).

Большинство ответов представляли собой перечисления: обычно респондент называл подряд три‑четыре фактора, чаще всего сочетая знание языка, работу и социальные связи.

Наличие друзей среди коренного населения, свободного владения языком, чувства дома.

Успешная интеграция — это работа, знание языка и внутреннее ощущение себя частью общества, системы Финляндии.

Знание языка, законов, самое главное - не сравнивать с прежней страной.

Ощущение комфорта проживания в стране, отсутствие коммуникационных сложностей в общении, способность общаться вне своего языкового пузыря, доверие к обществу и ощущение причастности к нему, возможность учиться и работать в интересной для себя сфере.

Должна быть предварительная информация о стране до переезда, получение знаний о системе страны (здравоохранение, образование, коммунальные вопросы, социальная помощь).

В ответах особенно часто подчеркиваются работа, экономическая самостоятельность и знание языка. Наряду с ними с успешной интеграцией связывают социальные отношения, адаптацию к культуре и нормам, а также чувство принадлежности и благополучие. Таким образом, в ответах выделяется несколько параллельных аспектов интеграции, среди которых чаще всего упоминаются работа и знание языка.

Участие, вовлеченность и интеграция

• Снижение средних оценок, наблюдавшееся с 2022 по 2024 год, в период с 2024 по 2026 год не продолжилось. Средние оценки по всем сопоставимым утверждениям изменились лишь незначительно по сравнению с 2024 годом, но по-прежнему оставались ниже уровня 2022 года.
• Респонденты, давно живущие в Финляндии, высоко оценивают свое равноправие и чувство принадлежности к финскому обществу: их оценки близки к верхней границе шкалы.
• Респонденты с хорошим знанием финского языка и финским гражданством выше оценивали своё участие в жизни общества и равноправие. Однако в оценках справедливости финского общества подобных различий между группами не наблюдалось.
• Самые низкие оценки получили чувство принадлежности к русскоязычному сообществу, уверенность в собственных возможностях участвовать в политической жизни и активный интерес к общественным делам Финляндии. При этом утверждение об уверенности в собственных возможностях участвовать в политике получило больше всего ответов «полностью не согласен». Ответы на него также чаще, чем на другие утверждения, находились на противоположных концах шкалы.
• В старших возрастных группах респонденты в среднем ниже оценивали как собственные возможности участвовать в политической жизни, так и возможности русскоязычных влиять на политические решения в Финляндии.
• Респонденты выделяют разные стороны успешной интеграции, но чаще всего подчеркивают значение работы, экономической самостоятельности и знания языка.